Историческая роль Золотой Орды

Золотая Орда, просуществовавшая как единое государство около 200 лет, оставила глубокий след в истории многих народов Восточной Европы. Образовавшись на развалинах империи Чингисхана, она являлась определяющим политическим фактором на просторах Дешт-и-Кипчак, заполнив собою лакуну, образовавшуюся после гибели Хазарского каганата. Фактически, Золотая Орда являлась наследницей раннесредневековых кочевых империй, стремившихся овладеть северной ветвью Великого Шелкового пути. В нашей исторической науке с давних пор утвердились два взгляда на эту державу. Один - оценка Орды как опасного хищника, несущего только разрушение и гибель; другой - безудержная идеализация роли Орды в истории Восточной Европы. С начала археологических исследований на золотоордынских городищах, показавших, что монгольская держава не была дикой ордой кочевников, в работах ГА. Федорова-Давыдова, В.Л. Егорова, Ф.В. Баллода, А.Ю. Якубовского утверждается более взвешенный взгляд на это политическое образование. Анализируя известные факты, многие из которых приводились выше, мы можем попытаться дать оценку (естественно, не претендующую на истину в последней инстанции) последней кочевой империи Великой степи. Ордынские ханы, создав огромное государство, сумели объединить под своей властью значительную часть Великого Шелкового пути. Это вызвало резкий подъем традиционной торговли как по линии восток-запад, так и по линии север-юг (по Волге). Ханы гарантировали безопасность торговых караванов, обеспечивали строительство караван-сараев. От Ургенча до Сарайчика на Урале протянулась цепь колодцев и караван-сараев на расстоянии дневного перехода друг от друга (около 30 км). О спокойствии дорог в Орде сообщает Ибн-Батута, удивленный, что караванщики отпускают на ночь пастись тягловых животных, не опасаясь, что их украдут. Огромное значение для экономического развития государства имела активная градостроительная политика ордынских ханов: города очень быстро превращаются в центры ремесла, торговли и культуры. Вольготно раскинувшие свои кварталы в степи, не имевшие стен, они поражали путешественников многолюдством, обилием культовых сооружений и базаров, своими размерами. Нынешних археологов эти города удивляют уровнем благоустройства, которого не знали европейские столицы. В ордынских городах существовала великолепная система водоснабжения: бассейны, колодцы, каналы и арыки. По керамическим трубам вода подавалась во дворцы, снабженные даже ванными комнатами. Правда, с канализацией в ордынских городах дело обстояло не лучшим образом, и Орда не раз являлась источником «морового поветрия» для всей Европы. Многочисленные ремесленники создавали великолепные произведения искусства, о чем свидетельствует, например, знаменитый Симферопольский клад. Пышным цветом в Орде развивалась литература на базе сложившегося языка - поволжского тюрки. Среди дошедших до нас литературных памятников следует упомянуть «Сказание о пророках» Рабгузи (1310 г.); «Открытый путь в райские сады» Махмуда Булгари (1358 г.); «Тюркский Гулистан» и «Суйхаль и Гульдурсун» Саифа Сарал (1391-1394 гг.); переложение «Хосрова и Ширин» Кутба (1342 г.). Находки астрономических инструментов свидетельствуют о развитии научных знаний в Орде. В золотоордынских городах складывается своеобразная, яркая синкретическая культура.

Вокруг городов располагались оседлые поселения, жители которых, занимаясь поливным земледелием, обеспечиивали продуктами население городов. Были освоены в земледельческом отношении территории, ранее не знавшие плуга: Поднестровье, Нижнее Поднепровье и Урал, значительная часть Нижнего Поволжья. В Орде быстро развиваются феодальные отношения, достигшие к середине XIV в. своего расцвета, о чем свидетельствует процесс начавшейся феодальной раздробленности.

Однако взлет Орды был как стремителен,так и кратковремен в исторической перспективе. Государство держалось целиком на воен-ной силе. Включение в него разнородных в хозяйственном отношении территорий разрушало политическое единство, взращивая семена

сепаратизма. В Орде из конгломерата подчиненных племен так и не сложился единый народ. Правда, в последнее время проявляется тен-денция объявить Золотую Орду «общим и единым государством всего татарского народа, всех этнических групп, окончательно сформировавшихся как народность на той обширной территории, которая исторически была золотоордынской». При этом забывается, что процесс формирования народностей, именуемых «татарами» (крымцы, ногайцы, мишари, казанские татары, сибирские и др.) начинается только после распада Орды. Еще менее обоснованы тезисы о Золотой Орде как колыбели государственности тюркских народов. Ведь именно монгольские ханы - создатели Золотой Орды, уничтожили тюркское государство Волжскую Булгарию, половецкую конфедерацию, государственные образования тюрок Восточного Казахстана и Сибири. Пышная культура золотоордынских городов «была недолговечной и не опиралась на традиции оседлости в Нижнем Поволжье, где до этого были кочевые степи. Она была создана руками покоренных народов...». Как только ослаб военный фактор могущества государства - империя распалась на части, причем первыми по-гибли города на Нижней Волге. С нарушением торговых связей в результате междуусобиц их покинули купцы. Ремесленное население городов и земледельцы сельской округи вымирают от эпидемий и вырезаются отрядами степных владык, видевших в городах источник легкого обогащения. Последние уцелевшие ремесленники были угнаны из поволжских городов войсками Тимура. Золотоордынские города оказались «историческим пустоцветом», не давшим в степях продолжения своей культуре.

Из почти двух десятков крупных населенных пунктов на Нижней Волге южнее Волгограда лишь Хаджи-Тархан передал потомкам свое название, правда в изрядно искаженном виде. Но только название. По-скольку русская Астрахань, основанная на лесистом, необитаемом острове, не имеет ни малейшей преемственности с древним золотоордынским городом, покинутом жителями и последним ханом задолго до присоединения Астраханского ханства к России. Единственным долговременным наследием Золотой Орды в степях Восточной Европы явилось распространение здесь ислама. Но и эта религия уже имела своих приверженцев в Поволжье со времен Хазарского каганата. Так что ордынские ханы, подобные Берке или Узбеку, лишь распространяли ислам, но никак не являлись первопроповедниками этой религии. В период Золотой Орды укрепилась религиозная тенденция, имевшая место в степи задолго до Орды. Особый вопрос представляют взаимоотношения Золотой Орды с русскими землями. С легкой руки Л.Н. Гумилева вновь получили развитие взгляды «евразийской» школы. Еще И.В. Киреевский считал, что монголы принесли огромную пользу Руси, помешав ее сближению с Западом, с его рассудочной и расчетливой культурой. Л. Н. Гумилев пошел еще дальше, провозгласив идею симбиоза Руси и Орды, провозгласив Орду щитом Руси, остановившим натиск с Запада.10 Учитывая географическое положение Орды по отношению к Руси, несколько странно, что «щит» прикрывает не грудь (для чего и предназначен этот вид доспеха), а нечто противоположное. По поводу же «симбиоза» сле-дует вспомнить, что симбиоз - это взаимовыгодное существование. О взаимовыгодности отношений Русских земель с Ордой не может быть и речи. Расхожее мнение о прекращении феодальной раздробленности на Руси под влиянием монгольского нашествия расходится с реальными историческими фактами. Именно в период ига Северо-Восточная Русь распалась более чем на два десятка княжеств. Именно ордынские ханы разрушили строгую систему традиционного наследования великокня-жеской власти, открыв дорогу к Великому столу авантюристам типа Юрия Даниловича Московского. Формально Русь не входила в состав Орды, однако официально именовалась «Русским улусом»; князья были совершенно подконтрольны ханам и не имели права на наследствен-ные владения без санкции Сарая. В русских землях постоянно находились ханские послы, выполнявшие функции шпионов. Но самым тя-желым фактором ордынско-русского «симбиоза» был «выход» - ежегодная дань. Она составляла не менее 15000 руб. в год.Учитывая, что дань бралась серебром, а своего серебра на Руси тогда не добывали, в Орду уходили все доходы от торговых операций, столь необходимые для экономического развития Руси. Насколько тяжела была дань, сви-детельствует летопись, сообщающая, что в 1384 г. дань составила со всякой деревни по полтине. Исходя из покупательской способности денег того времени, выходит, что каждая деревня (как правило 1-3 двора) должна была отдать в Орду по две тонны зерна. Так что о симбиозе не может быть и речи. Находясь на более низкой ступени развития, монголы не могли ничего дать коренным, оседлым народам, имевшим более развитые экономические и социальные структуры. В отличие от арабов, монголы не имели литературного языка, который мог бы сблизить в культурном отношении народы, населявшие пространства Евразии. Наоборот, монголы сами смешались и растворились в покоренных народах, восприняв их культуру.

Hosted by uCoz